Суартана знал молодого аристократа-уро с младенческого возраста. Семья Хаузера была самой влиятельной на Джава Бару, самом маленьком континенте Лаут Безара. Ему, Суартане, выпала честь служить трем поколениям этого клана.

Дед Вольфганга входил в состав Палаты Делегатов, отец и дядя сумели стать блестящими политиками. И вот теперь молодой Хаузер прокладывал собственный путь в жизни, первым из своего именитого рода выбрав военную карьеру.

Острые, резкие, почти лисьи черты лица лейтенанта напомнили Суартане его отца, Карла Хаузера. Тот мог бы по праву гордиться своим сыном. Жаль, что несчастный случай на охоте столь рано вырвал его из жизни…

Это было плохо по многим причинам. После смерти Карла его старший брат граф фон Земенштейн-Бурат мертвой хваткой вцепился в достояние семьи. Твердый сторонник Аристократической Консервативной Партии Лаут Безара, Руперт Хаузер препятствовал любому шагу правительства навстречу политическим реформам. Но, несмотря па сопротивление властей, индомейцы все же достигли определенных успехов в борьбе за равенство в правах. Однако прогресс шел очень медленно.

Суартана был свидетелем того, как рос и мужал племянник графа, как мальчику прививалась вера в исключительное превосходство расы уро над индомейцами. Как ему казалось, отец Вольфганга не одобрил бы этого.

Упрямое тщеславие молодого офицера расцвело пышным цветом, когда он получил чин в Воздушной Гвардии. Привычка принижать и очернять индомейцев жила у него в крови. И вот теперь аристократ-уро Хаузер почти парализован страхом, он вряд ли может поверить, что его подчиненные на что-то способны…

– Я слышу их, – по-терранглийски сказал один из капралов. Суартана вспомнил, что его зову Любис. – Они приближаются. Готовьтесь, ребята. – Капрал не смог скрыть нервную дрожь в голосе.